# Разочарование

- URL: https://syn.by/ru/istoriya/arhivy/razocharovanie/
- Published: 1924-06-21T20:00:00+00:00
- Updated: 2026-11-10T01:36:30+00:00
- Section: Архивы
- Language: ru
- BE edition: https://syn.by/historya/arkhivy/rascharavannie.md
- EN edition: https://syn.by/en/history/archives/disappointment.md

> Через два года после выборов в Сейм белорусы видят, что их послы ничего не смогли добиться: польская власть отвергает автономию и равноправие национальных меньшинств. Автор ищет выход во взаимном понимании трудящихся масс.

![](https://syn.by/wp-content/uploads/2026/10/illustration-1303-1024x585.webp)

Два года тому назад, когда началась подготовка к выборам в варшавский Сейм, среди белорусского населения Западной Беларуси царила твёрдая вера, что и для него настанут лучшие времена.

— «Плохо было до сих пор, потому что у нас не было своих защитников в Сейме», — думали люди, искренне надеясь, что вход в Сейм белорусских послов решительно изменит бесправное положение нашего края.

Именно эта вера вела белорусское крестьянство к избирательным урнам и вкладывала в его руки карточки с номерами, под которыми в избирательных списках стояли белорусские имена.

Блестящая избирательная победа белорусов ещё больше укрепила веру народа в возможность улучшить свою долю через Сейм. Люди шли к послам со своими жалобами и пожеланиями, слали приговоры и наказы, в которых требовали родной школы, земли, гражданской свободы и, наконец, автономии для Западной Беларуси, чтобы сам наш народ был хозяином в своём Отечестве.

Но шёл месяц за месяцем, год за годом, а положение белорусских трудовых масс под властью Польши становилось всё тяжелее и тяжелее. Голос белорусских послов в Сейме оказался «гласом вопиющего в пустыне». Польское государство устами своего «первого гражданина» — президента Войцеховского — решительно заявило, что «прирождённым хозяином» в границах Польши является и будет исключительно польский народ. Жизненная же практика показала, что такая «неписаная конституция», обратившая неполяков в рабов «прирождённого хозяина», намного сильнее писаной, которая торжественно провозглашала равенство всех граждан государства независимо от их национальности и веры.

И развеялись надежды на улучшение бесправной жизни белорусских рабочих людей, и умерла вера в Сейм, в Конституцию, в автономию. Да иначе и быть не могло: чего может стоить автономия, если бы её даже утвердил тот Сейм, который убеждён, что польский народ призван господствовать над нами, а мы должны служить ему тем навозом, на котором всходит и расцветает «великая польская культура»?

Ни один из пунктов белорусской избирательной программы не осуществился через Сейм. И вот наши послы открыто заявляют с сеймовой трибуны, что наш народ разуверился в «демократизме» Польши, разуверился и в той польской демократии, которая так много сладких слов умела говорить перед выборами. Нет надежды на лучшее будущее в нынешней Польше, даже если бы она и дала «автономию» своим «кресам»….

Совершенно такие же заявления делают украинские послы от имени своего народа. Повсюду — полное разочарование, полное неверие в возможность лучшей жизни в границах польского государства.

И вот вместо совсем умеренных призывов: родная школа, земля, автономия — с сеймовой трибуны раздаются лозунги, которые идут намного дальше всех избирательных программ и призывов. Украинские послы говорят о выделении украинских земель из состава Польской Республики: Павло Васыньчук — путём плебисцита, Войтюк — желая вывода польских войск, польской администрации и присоединения к Советской Украине. Белорусский посол Тарашкевич возлагает свои надежды на политическую и социальную революцию в Польше.

Отмечаем эти факты как «знамения времени», как конкретные результаты всей прежней польской политики на «кресах». Мечты последнего «романтика в политике», г. Юзефа Пилсудского, что Польша станет тем средоточием, которое силой своей культуры и царящей в ней свободой будет притягивать к себе соседние народы, — разбиты вдребезги реальной жизнью. Польша реальная, Польша, которая фактически существует, оказалась такой далёкой от Польши идеальной, вымечтанной борцами за её независимость, что разочарование охватывает не только угнетённые «национальные меньшинства», не только традиционных зарубежных друзей Польши, но и лучшие элементы самого польского общества. А прежде всего оно охватывает польские трудовые массы — польских рабочих от станка и от плуга, которые представляют собой вполне реальную силу. И не «политические романтики», а, пожалуй, только эта сила сумеет построить такую Польшу, которая не будет уже «тюрьмой народов», а справедливо, по-братски разрешит вопрос об отношениях со своими территориальными и нетерриториальными меньшинствами.